Back to Top
Font size: +

Второй переходный период в истории Древнего Египта

О XIII и XIV династиях, за исключением запутанного списка из более чем ста царей, имеется мало точной информации. Правление было недолгим, и с каждым новым правителем Египет становился все слабее и невежественнее. В этот период не велись никакие большие работы, не строились храмы, не создавались произведения искусства. Это бесславное время закончилось вторжением иноземцев, захвативших страну.


Цитируя Манефона, еврейский историк Иосиф Флавий писал: «Был царь у нас по имени Тимай; при нем, не знаю почему, бог разгневался, и неожиданно люди из частей, расположенных к востоку, неизвестные по происхождению, расхрабрившись, вторглись в страну и легко без боя захватили всю ее силой. И, подчинив правивших в ней, они в остальном жестоко пожгли города и разрушили святилища богов; по отношению же ко всем туземцам они вели себя враждебнейшим образом, убивая одних, у других же и детей и жен уводя в рабство. Наконец же и царем сделали одного из своей среды, которому имя было Салатис. И он находился в Мемфисе, собирая дань и с верхней и с нижней страны и оставив охрану в наиболее подходящих местах. Более же всего он укрепил части, расположенные к востоку, предвидя, что у ассирийцев, тогда более, чем другие, сильных, будет желание вторгнуться в это царство. Найдя же в Сетроитском номе город, наиболее подходящий для него, лежащий к востоку от реки Бубастита, названный же от древней религиозной традиции Аварисом, заселил его и укрепил при помощи стен, поселив в него и множество тяжело вооруженных до 240 000 мужей для охраны. Туда он приходил летом, отчасти для выдачи хлеба и выплаты жалованья, отчасти чтобы заботливо упражнять вооруженных к опасности извне… Некоторые говорят, что они арабы».


Эти люди, так называемые цари-пастухи, по словам Манефона, властвовали над Египтом пятьсот одиннадцать лет. Питри, пожалуй, лучше всех охарактеризовал этот период. По его словам, в это время децентрализованная страна была не способна оказать сопротивление сколько-нибудь агрессивному противнику. В Египет с востока ворвались варвары, которые захватили египетских правителей, начали опустошать страну. Затем они стали более цивилизованными, вероятно благодаря культуре, впитанной от египетских матерей, установили собственную монархию, но на египетский манер, переняв египетские обычаи, письменность, искусство.


Крепость Аварис известна из надписи Яхмеса (Яхмоса), сына Абаны, в которой она называется Хат-уарет – «город ноги». В народной этимологии Египта существовало много географических названий, инициированных легендой из цикла преданий об Осирисе, о его священных останках (частях тела, разбросанных Сетхом по всей стране). Аварис располагался на месте современной Телль-эль-Ягудийя и являлся ключевой позиции с точки зрения отражения противника, наступавшего на Египет с востока. Здесь пастухи построили укрепленный лагерь, обнесенный земляным, а точнее, песчаным валом высотой 41 фут; ширина верхней части колебалась от 80 до 140 футов с гладкими пологими стенами. Считается, что они создали новый тип крепостей-лагерей. Египтяне, приученные к рукопашному бою, строили крепости, подобные средневековым замкам. В отличие от них строители Авариса при сооружении крепости исходили из того, что бой будет вестись с помощью метательных орудий и стрел. Оружием египтян были мечи и кинжалы, и если они не могли приблизиться к врагу, то оказывались беспомощны. Гиксосы правили Египтом достаточно продолжительное время, в течение которого подверглись изменению защитные сооружения Авариса.

Окружавшая город стена, толщиной по крайней мере в шесть футов, из больших блоков белого известняка соответствовала египетским представлениям о защитных сооружениях. Манефон, конечно, преувеличил численность постоянно расположенного в Аварисе гарнизона, но, возможно, он имеет в виду численность во время военных маневров, которые Салатис проводил каждое лето.


Возможно, оккупация Египта гиксосами стала причиной того, что сохранилось так мало храмов раннего периода. Согласно Манефону, завоеватели разрушали храмы, но неизвестно, то ли от страсти к разрушению, то ли из религиозных побуждений.


Иосиф, рассказывая об окончании правления гиксосов, опять цитирует Манефона. «Затем против пастухов восстал царь Фив и цари других египетских земель, и вели с ними жестокую многолетнюю войну. В правление царя по имени Мисфрагмутос пастухи стали терпеть неудачи и повсюду из Египта были изгнаны, но закрепились в одном месте, имевшем десять тысяч арур в окружном измерении. Оно называется Аварис. Пастухи со всех сторон обнесли его высокой мощной стеной. Сын Мисфрагмутоса Туммос во главе войска из четырехсот восьмидесяти тысяч человек осадил город и попытался взять его штурмом. Но затем, отчаявшись в успехе, он отказался от осады и заключил с ними договор, по которому все они должны были оставить Египет и в полной безопасности для себя удалиться, куда пожелают. И те, по условию договора, со своими семьями и имуществом числом не менее двухсот сорока тысяч направились через пустыню в Сирию».


Далее Иосиф приводит слова Манефона об окончательном изгнании гиксосов. «А Манефон между тем сообщает, что после этого Аменофис пришел из Эфиопии с огромным войском, и сын его Рамсес, также во главе своего войска. Вместе они напали на пастухов и прокаженных, наголову разбили их и, многих из них умертвив на месте, остальных преследовали до сирийских пределов».


Гиксосы были неграмотными и не оставили письменных свидетельств; исключение составляют скарабеи. В южной Палестине наряду с различными египетскими предметами было обнаружено большое количество скарабеев более раннего периода. Это доказывает, что до вторжения гиксосы находились в постоянном контакте с Египтом.


Фрагмент папируса рассказывает, как посланник Апофиса, царя гиксосов, пришел из Авариса к правителю Южной столицы.


Южной столицей были Фивы, и правил в ней египтянин Секененре, который платил дань чужеземным владыкам в верховьях Дельты. Секененре с удивлением спросил эмиссара азиатских захватчиков: «Зачем тебя прислали в Южную столицу? Почему ты проделал это путешествие?» Посланник ответил: «Царь Апофис – да будет он жив, здоров и благополучен! – приказал, чтобы я сказал тебе: «Прогони гиппопотамов из заводи на восточной окраине твоей столицы. Я не могу спать из-за них. Шум от их рева день и ночь раздается в моих ушах». Правитель Южной столицы страшно поразился, потому что не знал, что ему ответить посланнику царя Апофиса – да будет он жив, здоров и благополучен! Наконец он сказал: «Хорошо, твой господин – да будет он жив, здоров и благополучен! – будет извещен об этой заводи на восточной окраине Южной столицы». Но от посланника было не так легко отделаться. Он сказал откровенней: «Дело, по которому меня послали, должно быть решено». Правитель Южной столицы попытался по-своему перехитрить настойчивого посланника. Не только в наше время, но и в древности шикарный обед мог помочь созданию дружественной и доброжелательной атмосферы, и правитель Южной столицы хорошо знал об этом. Секененре позаботился соответствующим образом, чтобы гиксосский курьер был «снабжен хорошими одеждами, мясом и хлебом». Но ему все же не повезло: пришлось дать обещание, записанное на папирусе, которое посланник, отправляясь назад, увез с собой в седельном мешке: «Все, что ты приказал мне сделать, я сделаю. Скажи об этом господину». Затем правитель Южной столицы призвал всех высших чиновников и своего верховного сановника и пересказал им распоряжение, которое царь Апофис – да будет он жив, здоров и благополучен! – прислал ему. «Среди придворных надолго воцарилось молчание…» На этом месте текст папируса обрывается. К сожалению, окончание этого рассказа утеряно.

Держатель смартфона в автомобиль – незаменимое при...
Виды кухонных ножей

Related Posts