Back to Top
Font size: +

Гиксосы

Рассказ Манефона о вторжении гиксосов, как и вся написанная им история Египта, не сохранился, но, к счастью, часть его процитировал еврейский историк Иосиф Флавий. Манефон пишет, что в какой-то момент, который мы теперь называем Вторым переходным периодом, «нас поразило проклятие бога». «И неожиданно из областей Востока люди происхождения непонятного пошли с уверенностью в победе против земли нашей. Силой они легко захватили ее, не сражаясь, и, одержав верх над правителями земли, безжалостно сожгли они города наши, сровняли с землей храмы богов, а со всеми жителями обращались с бесчеловечной жестокостью… Наконец они назначили царем одного из своих, которого звали Салатис». Манефон назвал этих захватчиков «гиксосами», что в его переводе на египетский язык означало «цари-пастухи». Он добавляет: «Ибо гик на священном языке означает „царь“, а сос в просторечии „пастух“ или „пастухи“, отсюда составлено слово „гиксос“». На самом деле перевод этого слова Манефоном не совсем верен. В египетском языке действительно было слово гик, которое означало «правитель» или «властитель», тогда как второе слово шос означало «пастух» на поздних стадиях развития языка. Объяснение Манефона является лишь поздней народной этимологией. На самом деле слово «гиксос» восходит к египетскому выражению хеку шесут, которое позднее произносилось приблизительно как хику шосе. Оно означает «правители чужих земель». Таким образом, это был египетский титул, хвастливо присвоенный самими вождями гиксосов и позднее, возможно, распространенный египтянами на весь народ захватчиков.


Так кем же были гиксосы? Несмотря на то что в этническом смысле они, вероятно, не представляли единый народ, среди них, без сомнения, преобладали семиты. Присутствие других народов (хурритов или ариев) в настоящее время нельзя считать доказанным. Для всей Западной Азии XVIII век до н. э. являлся периодом нестабильности, известно, что происходили переселения разных народов. Считалось, что миграция гиксосов в Египет представляла самую западную волну этого процесса. Тем не менее археологическое изучение материальных свидетельств, датируемых гиксосским периодом, создает лишь расплывчатую картину природы и власти этих захватчиков. Переселение могло начаться с пастухов, двинувшихся в восточную дельту, чтобы пасти свои стада, а позднее усилилось за счет отрядов хорошо вооруженных соплеменников под предводительством честолюбивых людей, восставших против ослабевающей египетской власти в Палестине и Сирии.


Возможно, новое доказательство происхождения гиксосского вторжения можно обнаружить в недавно найденных «текстах проклятий», которые действительно называют иноземных мятежников, считавшихся опасными для Египта. Разделение власти во времена Тринадцатой династии представляло прекрасную возможность для проникновения или вооруженного вторжения с востока. Появившийся гораздо позже рассказ Манефона о том, что гиксосы «со всеми жителями обращались с бесчеловечной жестокостью, убивая одних и уводя в рабство жен и детей других», предполагает военные вторжения вооруженных людей, которые захватили политическую власть и образовали семьи, женившись на местных женщинах.


Считалось, что гиксосы достаточно хорошо и долго жили в Сирии и Палестине, чтобы возвести там большие крепости, такие как Каркемиш, Катна, Газа (Тель-эль-Аджуль) и Шарухен (Тель-эль-Фара). Однако нет доказательств, что строителями этих укрепленных городов были завоеватели Египта, которых мы называем гиксосами. Если это действительно так, то удивительно, что они не строили таких же укрепленных городов в единственной стране, которой они, как точно известно, правили. Было доказано, что так называемые гиксосские укрепления в Гелиополе и Тель-эль-Яхудии являются всего лишь остатками оснований египетских храмов.


Кроме того, раскопки гробниц гиксосского периода не показывают значительных изменений в погребальных обрядах и разрыва с прежней культурой. Хотя захватчики установили в Аварисе культ Сета, они также продолжали поклоняться местным египетским богам. Правители изображали себя официальными преемниками фараонов. Они приняли традиционный царский протокол, царские имена, включающие имя бога Ра, и называли себя, подобно египетским фараонам, которых сменили, «сыновьями Ра» или «Хорами».


Письменных свидетельств завоевания Египта гиксосы не оставили. Фактически, они почти не оставили крупных памятников. То, что мы о них знаем, собрано по крупицам из множества скарабеев — распространенных в Египте амулетов в виде жуков — цилиндрических печатей и немногих отдельных предметов: небольшого сфинкса с головой царя и семитскими чертами лица, рвущего когтями египтянина, кинжала с характерными изображениями животных на рукоятке, фрагмента палетки для письма, подаренной царем Апопи (одно из самых распространенных имен у гиксосских владык) своему секретарю Ичу. Возможно, самыми большими и единственными по-настоящему «монументальными» следами завоевателей являются несколько блоков каменного сооружения, обнаруженных в нескольких километрах к югу от Фив в Гебелейне, на которых обнаружены имена царей Хиана и Апопи Аусерра.


Эти скудные источники, интерпретация которых требует предельной осторожности, могут свидетельствовать о неограниченной политической власти гиксосов в Южной Палестине или даже еще севернее. Отсюда они двинулись на запад, в дельту Нила, сделали своей столицей Аварис, расположенный на месте Таниса или около него, и затем распространили свою власть дальше. Так называемая Стела четырехсотлетия — памятник, который Рамсес II установил в Танисе, чтобы отметить введение там за четыреста лет до начала династии Рамессидов культа главного бога гиксосов Сета, — может означать, что гиксосы начали властвовать в Египте около 1725 года до н. э.


Примерно в то время египетский царь Дедмесу правил в своей древней столице Иттауи близ Мемфиса. Возможно, он был последним независимым правителем Тринадцатой династии, тождественным Тутимайосу, при котором, согласно Манефону, гиксосы вторглись в страну и избрали царем Салатиса. Хотя невероятно, чтобы Салатис или его ближайшие преемники смогли распространить свою власть на весь Египет, надежные доказательства наводят на мысль, что после них стали царствовать более могущественные правители, которые контролировали как Египет, так и Нубию. Попытки разделить их на две гиксосские династии — сильную Пятнадцатую и более слабую Шестнадцатую, — в основном опираясь на стилистическое развитие и (весьма неравномерное) распространение их скарабеев и других небольших памятников, едва ли стоит принимать всерьез. Однако несомненно, что они на значительное время укрепились в Нижнем и Среднем Египте и в Нубии вплоть до укрепленной торговой колонии в Керме, а также, возможно, в Верхнем Египте к югу от Фив.
Тутмос IV во время битвы с сирийцами. Изображение на царской колеснице из Каирского музея

 Как бы то ни было, очевидно, что в последние годы XVII века (ок. 1625 г. до н. э.) произошло восстановление власти национальной династии. В Фивах возвысилась новая семья верхнеегипетских царей — Семнадцатая династия. Эти правители, находясь в унизительном положении данников ненавистных азиатских захватчиков, проявляли все больше своенравия.


О причине их смелости можно только догадываться. Различные обстоятельства могли сложиться так, чтобы пробудить в них надежду на освобождение. Как раз в этот период египтяне впервые воспользовались услугами отрядов меджаев. Эти сильные нубийские наемники стали обязательными участниками военных кампаний следующих столетий.


Кроме того, египтяне теперь, возможно, начали применять лучшие виды оружия, принесенные из Азии гиксосами, — новые типы бронзовых мечей и кинжалов и мощный композитный лук. Кроме того, египтяне впервые использовали лошадей и колесницы. Часто считается, что эти нововведения попали в долину Нила вместе с гиксосами. Возможно, вначале консервативные египтяне с презрением отвергли их, а затем, отчаявшись, были вынуждены перенять их. Однако у нас нет сведений о том, когда северные захватчики впервые использовали против египтян колесницы. Во всяком случае, последние не замедлили признать преимущества этих новых средств ведения войны и обратить их против захватчиков, вторгшихся на их землю. По сути, последующее использование колесниц и нубийских наемников могло служить основным средством, способствовавшим превращению Египта в военную державу. Нет сомнений, что они революционизировали военную силу египтян и обеспечили ей успех в быстром расширении империи, наступившем в скором времени.


Мы не знаем, кто из фиванских правителей Семнадцатой династии первым обратил оружие против гиксосов. Борьба могла быть долгой и жестокой, с победами и поражениями у обеих сторон. Рассказ, записанный во времена Меренптаха, повествует, что фиванский царь Секененра однажды получил от гиксосского владыки Апопи необычное письмо с выражением недовольства, что шум, производимый гиппопотамами в Фивах, мешает ему спать в его дворце в Аварисе (располагавшемся на расстоянии около 643,5 км). Ответ Секененра был умиротворяющим. Это подразумевает, что последний по-прежнему платил дань северным захватчикам и к тому моменту еще не был готов начать войну за освобождение.


Однако, похоже, в конце концов Секененра не смог избежать борьбы. Удача, что до наших дней дошло тело этого фиванского царя. Его мумия, некогда похороненная в небольшой пирамиде к западу от Фив, позднее для защиты от расхитителей гробниц была перенесена оттуда и спрятана вместе с останками многих других фараонов в скрытой расселине недалеко от храмов Дейр-эль-Бахри. Там она покоилась до 1875 года, когда ее обнаружили современные последователи древних грабителей. Они продолжали заниматься своим отвратительным ремеслом до 1881 года, пока их не предали. В результате царские мумии, некоторые из которых все еще покоились в своих изначальных саркофагах, были переправлены в Каирский музей.


Изучение тела Секененра показывает, что царь умер в возрасте примерно сорока лет насильственной смертью на поле боя или же от рук убийц. Он получил несколько страшных ударов по голове. Если, как можно предположить, его жизнь трагически оборвалась в битве с гиксосами, требуется лишь немного воображения, чтобы восстановить эту картину. Вероятно, Секененра потерял сознание от удара булавой или боевым топором, который сломал ему челюсть слева. Затем его противник нанес несколько смертельных ударов, один из которых разбил лоб царя над правым глазом, тогда как другой проломил череп, так что обнажился мозг. Тело демонстрирует признаки того, что оно пролежало там, где упало, достаточно долгое время, чтобы начался процесс разложения.

После того как оно было получено, его поспешно обмотали льняными бинтами и похоронили в позолоченном деревянном саркофаге в скромной гробнице. Такая реконструкция событий означала бы военную катастрофу для египтян. Безвременная насильственная смерть фиванского царя была бы серьезным шагом назад в усилиях египтян уничтожить власть гиксосов. В итоге эти захватчики еще какое-то время продолжали наслаждаться властью над большей частью Среднего и Нижним Египтом.

Что такое такелажные работы
Освободительная война Египта против гиксосов

Related Posts